Главная » Наши публикации

Великий исповедник и гениальный учёный на Мордовской земле

XX век принёс Русской Православной Церкви огромное количество святых – мучеников, которые ради Христа пошли на смерть, и исповедников, претерпевших лютые гонения, но оставшихся в живых.

Большинство выдающихся и известных людей Церкви, живших в Мордовии в прошлом столетии, как раз из тех, кто под жесточайшим давлением, угрозой для жизни и благополучия своих семей не побоялся исповедать Господа. Мы уже писали о преподобномученике Владимире Четверине и о приснопоминаемом иерее Василии Гундяеве. Первый прославлен в лике святых, второй пока нет.

Святой, о котором пойдёт речь в этой статье, известен намного больше. Он вообще является одним из самых известных русских исповедников с поистине удивительным житием. Это – святитель Лука, архиепископ Симферопольский и Крымский. Чудотворец. В миру – профессор медицины, автор настольных для хирургов и анестезиологов всего мира в XX веке книг Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий. Совершенно поразительно, что в священном сане (не просто в священном – в архиерейском!) он был награждён Сталинской премией.

Святитель Лука очень тесно связан с Мордовией, но его исповеднические подвиги к нашей республике отношения не имеют. Всем известно, что блистательный выпускник Киевского университета Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий вначале предпочел карьере учёного тяжёлую работу земского врача. «…Я изучал медицину с исключительной целью быть всю жизнь деревенским, мужицким врачом, помогать бедным людям», – писал в мемуарах святитель Лука. Правда, вначале ему выпало испытание даже похлеще, чем работа «мужицкого врача» - после университета Валентин Феликсович поступил в госпиталь Киевского Красного Креста, который базировался во время войны с Японией недалеко от Читы. Там заведовал хирургическим отделением и получил серьёзную практику. А вот после этого будущий архиепископ оказался в нашем Ардатове – маленьком уездном городке, который до революции и советской территориально-административной реформы относился к Симбирской губернии. До недавнего времени ардатовский период в биографии архиепископа Луки был освещён скудно. Большую работу по изучению пребывания исповедника на Мордовской земле провели, во-первых, внук архиепископа - известный академик-экономист Владимир Лисичкин, во-вторых, заведующий Ардатовским филиалом Мордовского объединенного республиканского краеведческого музея Зинаида Киушкина. На основании трех архивных документов она смогла восстановить месяцы пребывания Валентина Феликсовича в Ардатове: с февраля по ноябрь 1905 года.

- К моменту приезда Валентина Феликсовича Ардатовская больница, по меркам тех лет, относилась к разряду средних, - объясняла автору этих строк Зинаида Ивановна. - Кроме амбулатории, у нее был стационар на 35 коек. По ритму и темпу работа земского врача мало отличалась от работы военно-полевого хирурга. 14-16- часовой рабочий день, те же стоны и страдания измученных болезнью людей. Разница лишь в том, что единственному врачу приходилось быть и акушером, и педиатром, и терапевтом, и окулистом, и хирургом.

Войно-Ясенецкий относился с особой требовательностью к работе. Судя по его поступкам, он вообще не терпел компромиссов. Позже, в епископском сане, он многократно будет резко отвергать предложения следователей-чекистов и партийных чиновников на местах ссылок отказаться от священства в обмен на смягчение приговора. Приходил на областные совещания врачей в архиерейском облачении, перед операцией осенял крестным знамением себя, ассистентов и даже пациентов. Когда в Туруханске ему запретили совершать богослужения, проповедовать и даже преподавать благословение, архиерей сразу написал заявление об увольнении из больницы. А с пришедшей на приём женой председателя крайисполкома с ребёнком произошёл ещё более показательный случай. На вопрос, как зовут мальчика, женщина ответила: «Атом». «А что поленом не назвали?» - не моргнув глазом ответил архиепископ-хирург. Этот случай тоже внёс свою лепту в высылку архиерея ещё севернее, за Полярный круг. Святителя иногда пытались привлечь экспертом на постановочных судебных процессах по делам врачей-вредителей. Но архиепископ открыто вставал на защиту безвинных коллег, а на одном из заседаний состоялся знаменитый диалог с чекистом Петерсом:

«— Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?

Отец Валентин (на тот момент он был иереем) ответил:
— Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей вы, гражданин общественный обвинитель?

Следующий вопрос:
— Как это вы верите в Бога, поп и профессор Ясенецкий-Войно? Разве вы его видели, своего Бога?

— Бога я действительно не видел, гражданин общественный обвинитель. Но я много оперировал на мозге и, открывая черепную коробку, никогда не видел там также и ума. И совести там тоже не находил».

Но о гонениях на святителя Луку, о его твёрдости и подвигах можно писать много, к тому же, очень подробно они описаны в житии и биографиях. А тогда на Мордовской земле, в самом начале ещё только врачебного, а не священнического или научного пути, Валентин Феликсович со всей своей прямотой предъявлял высокие требования к персоналу ардатовской больницы.
Но бороться с непрофессионализмом фельдшеров было, вероятно, бессмысленно. Именно поэтому, по мнению музейного ученого Зинаиды Киушкиной, талантливый доктор покинул Ардатов. Но предпосылки к созданию классических трудов по медицине, которые стали хрестоматийными, очевидно, зародились именно там. По крайней мере, к этому склоняются исследователи жизни святителя. Ужасные условия подталкивали молодого гения к поиску нестандартных путей в анестезии и гнойной хирургии. Тем более, что в Ардатове молодой хирург успеет сделать ряд разных сложнейших операций. В 1915 году в Петрограде вышла первая его монография «Регионарная анестезия». В 1916 году Войно-Ясенецкий успешно защитил докторскую диссертацию «О регионарной анестезии второй ветви тройничного нерва». Великий труд «Очерки гнойной хирургии» святитель начнёт в Ташкентской тюрьме в 1923 году, увидит опубликованным в 1934-ом, а в 1946-ом получит за него Сталинскую премию I степени – ею наградят действующего архиерея Русской Православной Церкви, который без устали обличал богоборцев в самых резких выражениях. Кстати, большую часть премии исповедник передаст детским домам.

Пример святителя Луки – удивителен (хотя и не уникален. Даже ему самому хотели дать имя в честь другого святого целителя - Пантелеимона. Но позднее, понаблюдав за работой профессора в университете и в клинике, епископ Уфимский Андрей (Ухтомский) при монашеском постриге решил дать ему имя Лука в честь евангелиста Луки, по преданию, также врача и художника, который в Библии назван «врач Возлюбленный» (Кол. 4:14). Священников и даже епископов-учёных тоже немало) и очень важен для страшного XX века. Гениальный и, что важно, признанный учёный был гоним за веру, но громко о ней заявлял. Из-за его научных успехов он всегда оставался известным, и в тяжелое время тысячи людей смогли равняться на него в сохранении и отстаивании церковной жизни.

Святителя Луку Крымского, исповедника, почитают по всей стране. В конце 2014 года митрополит Саранский и Мордовский Зиновий освятил храм в честь святого врача в самом центре Саранска. Иконы святителя Луки хранятся во многих приходах Мордовии, в том числе и в Кафедральном соборе святого праведного воина Феодора Ушакова.

Сергей ЗЕТКИН


Ведомости Мордовской Митрополии